Когда юниорская сборная России проиграла канадцам в полуфинале престижного турнира памяти Ивана Глинки, у любителей хоккея полезли на лоб глаза. Удивил даже не счет (0:5), а соотношение бросков. Оцените по периодам: 1–18, 1–17, 4–9 в пользу «Кленовых листьев». Один из болельщиков написал в Интернете: «Канада что, играла с Эфиопией?!».

Вчера корреспондент «Советского спорта» попросил объяснения у главного тренера юниорской сборной России Андрея Парфенова.

– Мы с игроками хотим извиниться перед болельщиками за такую игру и результат, – сказал Андрей Парфенов. – Это может случиться с каждой командой. Мы полностью принимаем критику. И сделаем выводы...

– Как складывался матч?

– Мы много играли в меньшинстве. Это отнимало силы. В концовке ребята сбрасывали перчатки, на эмоциях пытались хоть как-то себя показать. Но это слабое утешение.

Под натиском канадцев поплыла наша оборона. К такому темпу мы оказались не готовы. Они играли быстрее нас.

– Что вы говорили в раздевалке?

– Эти слова лучше не печатать. Я пытался поднять ребят на борьбу, теребил их. Но эмоций не возникло. Мы попали в нокдаун уже в первом периоде, когда оказались под прессом Канады.

Жаль, не забили в начале, когда броском от синей линии попали в штангу. Может, что-то бы изменилось. Но матч складывался так, что мы только отступали. Пропускали один удар за другим, прижимались к своим воротам, оставаясь без контратак. Наш голкипер Василевский делал все, что мог. Но потом у нас пошли удаления… Канадцы реализовали три большинства.

Мы не вышли огульно на матч. У нас был план. Мы показали видео, провели большое собрание. Разбирали свои ошибки, изучали канадцев. Прокрутили матч со шведами, как можно побеждать «Кленовых листьев»…

Но их уровень оказался намного выше, чем у остальных команд. Они привезли элитный состав. И это реальное соотношение сил на сегодняшний день. С юниорами в Канаде занимаются правильнее.

– Объясните.

– Я работаю тренером 18 лет. И вижу, что наша хоккейная система не меняется.

Чтобы побеждать Канаду постоянно, а не в отдельных матчах, нужно перестраивать систему подготовки с детского возраста. Пусть не обижаются коллеги… Но вот в Москве сделали 10–15 муниципальных катков. Сколько игроков оттуда попало в топовые команды за последние 10 лет? На моей памяти – только Гусев, Кучеров из «Белых медведей». Что дали остальные катки? Для чего их строили? Чем там занимаются тренеры?

Второе. У нас с детства привычка играть на результат. Хотя те же финны, шведы развиваются в свободной системе – результат не висит ни над детьми, ни над их наставником. Там идет работа на перспективу.

Третье. Мы слишком разобщены. Говорим с тренерами на разных языках. У нас нет общей системы. В Поволжье играют в один хоккей, на Урале и в Сибири – в другой, в Северо-западе идут своим путем. Почему канадцы могут набрать две такие сборные? Потому что все хоккеисты действуют в одинаковой манере. Возьмите одного правого края, замените вторым – ничего не изменится. Каждый твердо знает, что делать на льду.

Когда наши ребята уезжают за океан, то говорят: «Они там не раскрываются. Их ломают». Никакой ломки – их там заставляют играть по хоккейным законам. А многие этого не принимают. Они привыкли играть так, как хотят.

Мы берем лидеров из клубов. Изучите наш состав. Лишних людей нет. Но что обидно – эти лидеры не смогли себя проявить в Пиштянах.

Я верю, что в официальных матчах, на чемпионате мира все будет гораздо лучше. А сейчас, на Мемориале Глинки, мы взяли бронзовые медали. Вытащили тяжелый матч с американцами, уступая 1:3. Проиграли им в овертайме, но заняли первое место в группе. Поднялись после нокаута от Канады и дожали финнов по буллитам. Характер у ребят все-таки есть. Не нужно их ругать, – попросил Парфенов.